- Потерпи, всему свое время. Остались разные архивные записи - в больнице, в приюте, медицинские. Матрону в твоем приюте звали миссис Феверэдж - верно? Потом ее сменила миссис Грюнштейн - правильно? А когда ты был девочкой, тебя звали Джейн - так? И ничего из этого ты мне не говорил - правильно?

Он смутился и слегка испугался.

- Что-то не пойму. Неужто ты собрался решать мои проблемы за меня?

- Не совсем. Просто ты мне по душе, парень. И того типа могу подать тебе на блюдечке. Можешь сделать с ним все, что сочтешь нужным - а я гарантирую, что тебе за это ничего не будет. Но убивать его и думать не смей. Для этого нужно быть психом - а ведь ты не псих. Вернее, не совсем еще псих.

Он нетерпеливо махнул рукой.

- Слушай, кончай треп. Где он? Я плеснул немного в его стакан. Он был пьян, но злость начала пересиливать спиртное.

- Не гони лошадей, Я сделаю кое-что для тебя - а ты для меня.

- Э-э... а что?

- Ты не любишь свою работу. А что ты скажешь насчет высокого жалованья, постоянной должности, неограниченного счета на служебные расходы, полной самостоятельности и целого мешка приключений?

Он выпучил глаза.

- Знаешь, что я скажу? Не вешай мне лапшу на уши!

Сливай воду, Папуля, - такой работенки не бывает.

- Ладно, сделаем иначе: я вручаю его тебе тепленьким, ты с ним рассчитываешься, потом пробуешь мою работу. И если окажется, что я наобещал тебе лишку... что ж, удерживать не стану.

Он покачнулся - последний стакан довел его до кондиции.

- К-к-гда ты его мне д-д-ставишь? - выдавил он.

- Если согласен, то прямо сейчас!

- По рукам! - сказал он, протягивая ладонь. Я кивнул своему помощнику, чтобы приглядывал за обоими концами стойки, отметил время - ровно 23.00 - и уже присел, чтобы нырнуть в дверку под стойкой, но тут музыкальный автомат рявкнул "Я свой собственный дедуля!" Техникам было приказано зарядить его американской попсой и классикой, потому что я на дух не выношу "музыку" семидесятых годов, но я и не знал, что в автомате имелась и эта запись.