- Вырубите музыку! - крикнул я. - А клиенту верните деньги. Я в кладовую, сейчас вернусь, - добавил я и отправился туда. Мать-одиночка шел следом.

Кладовая находилась в конце коридорчика напротив туалета - стальная дверь, ключ к которой имели только я и дневной управляющий, а внутри еще одна дверь, открыть которую мог только я. Мы вошли.

Он обвел помутневшими глазами глухие стены.

- Г-где он?

- Сейчас, - отозвался я, открывая саквояж, - единственный предмет, находившийся в комнатке. То был координатный трансформер в полевом исполнении, выпущен в 1992 году, вторая модель. Прелесть приборчик - ни одной движущейся детальки, весит полностью заряженный всего двадцать три килограмма, и замаскирован под саквояж. Я уже провел днем точную настройку, и теперь мне осталось лишь вытряхнуть металлическую сетку, ограничивающую поле трансформации.

- Это что т-т-кое? - встревоженно спросил он.

- Машина времени, - ответил я и набросил на нас сеть.

- Эй! - завопил он, делая шаг назад. Тут есть особый приемчик: сеть нужно набросить так, чтобы субъект инстинктивно шагнул назад и наступил на сеть, а потом сомкнуть ее, полностью укутывая и его, и себя - иначе можно оставить на этом месте подошву, а то и кусок ноги, или же прихватить с собой кусок пола. Но опыт приходит с годами. Некоторые агенты заманивают клиента под сеть; я же говорю правду и пользуюсь моментом, пока клиент пребывает в изумлении, чтобы щелкнуть переключателем. Так я и поступил.

19.39, зона V, 3 апреля 1963 года, Кливленд, штат Огайо, Эпекс-билдинг:

- Эй! - повторил он. - Сними с меня эту чертову сеть"!

- Извини. - Я стянул сета, сунул ее в саквояж и щелкнул замком. - Ты говорил, что хотел его отыскать.

- Но... Ты сказал, что это машина времени! Я ткнул пальцем в окно.

- Разве там ноябрь? Или Нью-Йорк? Пока он, разинув рот, пялился в окно на набухающие почки и весеннее солнце, я снова открыл саквояж и вынул пачку стодолларовых купюр, затем убедился, что номера и подписи на них не вызовут в 1963 году подозрения.